На вопрос о том, как дальше жить в холодных домах, правительство поспешило успокоить граждан: - "Улыбайтесь! От улыбки всем становится теплей. И слону, и даже маленькой улитке..."
Штирлиц шёл по длинному коридору. Затем он повернул на лестницу и стал медленно спускаться по ней. Штирлиц размышлял о том, где мог сегодня проколоться. Уже выходя на улицу, он вспомнил, что заходил этим днём в процедурный кабинет, где ему сделали несколько уколов. -"Я прокололся!" - крикнул Штирлиц, схватясь за голову. - "Теперь придётся ещё и прокапаться!" - сказал Мюллер, но уже по-немецки.
- Что Вы думаете о Швейцарских банках, Штирлиц? - Я думаю, господин Группенфюрер, что германские банки лучше. Они не взрываются. - Что вы имеете ввиду, Штандартенфюрер? - Я говорю о помидорах и огурцах. Банки не взрываются. - Штирлиц, я Вас о деньгах спрашивал. - А!? Деньги я под матрац складываю. - Да, кстати о помидорах. Когда в следующий раз Вы поедете в Москву, то не забудьте мне привезти пару банок консервированных помидоров. - Jawohl, Gruppenfuhrer!
- Штирлиц, Вы написали заявление на отпуск с первого мая 1945 года? - Да, Группенфюрер! - Внизу заявления Вы поставили подпись "Исаев". Тогда сообщите "русским", чтобы они оплатили Вам проезд в оба конца и "отпускные". И, потом, я Вам советую, Штирлиц, не афишируйте особо,что являетесь русским разведчиком. Время сейчас другое, военное так сказать, могут и расстрелять, а что ещё хуже - оштрафовать на сто МРП. - Да, конечно, Вы как всегда правы, господин Группенфюрер. Разрешите идти? - В отпуск? Идите!
- Ну, здравствуй, Красная шапочка! Узнала ли меня? - Как не узнать, узнала, дедушка Серый волк. Только я давно уже не Красная шапочка, а молодая и интересная девушка в красной шляпе. - А, как поживает твоя бабушка? Ты опять ей несёшь пирожки? - Бабушка моя приказала всем долго жить. Вас часто вспоминала. А все пирожки, что печёт моя мать, я теперь сама съедаю...
Штирлиц шёл по коридору Управления Гестапо. Во рту у него была папироса "Беломорканал". Он всегда курил, когда шёл по коридору. В это время он анализировал ход всех событий. Едкий дым от папирос убивал сослуживцев Штирлица. Раз в неделю он посылал стенограммы в Москву, где сообщал о числе умерших гестаповцев.
Может я чего не догоняю? Или догоняю я кого? Единицы скопом получаю, Шутки вон, не знаю отчего. Или может быть какой-то немец На хумориал случайно сел И по их системе мне оценок Самых лучших положить хотел. Полагаю, должен я спасибо Человеку этому сказать И таких же радостных оценок На его работы пожелать.
Штирлиц получил очередное жалование. Он подошёл к Мюллеру, чтобы обратиться с жалобой. - Господин Группенфюрер, мне Гестапо постоянно недоплачивает. Мало того, что за выслугу лет не начисляют, так ещё удерживают за бездетность! - А как Вы хотели, Штирлиц? Да, кстати, Вы совершенно не думаете о своей пенсии. В Пенсионном Фонде пожаловались, что Вы не делаете отчислений им. - Я думаю, что это бессмысленно. Денег этих всё равно никогда не увижу. - Конечно не увидите, даже после капитуляции Германии. Ваши накопления в Пенсионном Фонде будут выплачены Советскому Союзу в качестве репараций. - Да, умеете Вы утешать, господин Группенфюрер!
Мне кажется, что все больны собой, Мне нравится, что мы больны стихами И никуда привычный мнений бой Не убежит из наших строк слогами. Мне нравится, что каждый здесь герой Стеной стоит за всё, что нажил в жизни И никому не снится здесь покой, По-своему защитнику Отчизны.
Мне нравится, что юмор здесь в чести Его вставляем мы везде не всуе И помешательство, и гения снести Готовы мы в «блаженном» поцелуе. Спасибо Вам коллеги по перу За то, что Вы меня – не зная сами Терпеть способны, всякую игру Предложенную нам не небесами.
Мне нравится эзопов наш язык И афоризмов, и стихов игра словами, И кто кому о чём сказать хотел, Не нравится лишь гонка за очками. Доброжелательно на всё давать ответ, А если нет его, молчать подольше, И недогадливых давно здесь вовсе нет, Вчитавшись в каждого узнаешь больше.
Мюллер и Штирлиц шли по длинному коридору Гестапо навстречу друг другу. Когда их взгляды встретились, Группенфюрер обратился к Штандартенфюреру: - "Штирлиц, что за пургу Вы вчера несли?" Штирлиц вспомнил, что в прошлый день он нёс пургу в двух авоськах. Сквозь большие щели авосек кристаллический снег сыпался на ковровые дорожки, застеленные в коридорах Гестапо. Когда сослуживцы Штирлица открывали окна, то из-за сквозняка, начиналась пурга. В Гестапо увеличились простудные заболевания. - "Это провал! - подумал Штирлиц, но потом одумался - Пурга, природы каприз. А кому сейчас легко?"
- Высшее руководство обязало нас проконтролировать шествие гей-парада в Берлине 9 мая на Alexanderplatz. Вы будете на этом параде, Штирлиц? - Нет. Меня уже пригласили 9 мая на другой парад, военный. - А где он будет проходить? - Это секрет. - Какой Вы скрытный, Штирлиц! Я уже начинаю подозревать, что Вы - русский разведчик! - Какой же Вы всё таки подозрительный, господин Группенфюрер. - Да, я такой...
Мюллер держал в руках личное дело Штирлица, скрупулёзно изучая документы. В кабинет вошёл Штирлиц. - Здравствуйте Макс Отто фон Штирлиц! - Здравствуйте, господин Группенфюрер! - Довольно редкие у Вас имя и фамилия. Как Вас в детстве называла мама? - Максим. - Да, довольно странно звучит! - Это и для меня остаётся загадкой. - Ну, ладно, идите пока, Максим Штирлиц. Мне необходимо всё обдумать. - Не буду Вам мешать, господин Генрих Мюллер. Штирлиц вышел из кабинета и пошёл по коридору. - "Максим Исаев, - подумал Штирлиц, - обычные русские имя и фамилия".
Мюллер держал в руках личное дело Штирлица, скрупулёзно изучая документы. В кабинет вошёл Штирлиц. - Здравствуйте Макс Отто фон Штирлиц! - Здравствуйте, господин Группенфюрер! - Довольно редкие у Вас имя и фамилия. Как Вас в детстве называла мама? - Максим. - Да, довольно странно звучит! - Это и для меня остаётся загадкой. - Ну, ладно, идите пока, Максим Штирлиц. Мне необходимо всё обдумать. - Не буду Вам мешать, господин Генрих Мюллер. Штирлиц вышел из кабинета и пошёл по коридору. - "Максим Исаев, - подумал Штирлиц, - обычные русские имя и фамилия".
Строительство "Зенит-Арены" вела компания "Хапуга", именуемая в дальнейшем "Подрядчик" в лице генерального директора старухи Шапокляк. Её заместитель - крыса Лариска перетащила много денег, выделенных на строительство, в карманы Шапокляк. Старуха сделала заявление: "Кто строит теряет время зря.Хорошими делами прославиться нельзя." Строительство поручили другому подрядчику - компании "Крокодил Генa & Чебурашка". Строительство стадиона было завершено. На открытии стадиона "Зенит-Арена" Чебурашка произнёс следующее: "Мы строили, строили и наконец построили!"
Золушка надела хрустальные туфельки 42 размера, которые подарила ей добрая фея и они оказались впору. В ту пору многие девушки носили хрустальные туфельки 42 размера.
Для улучшения работы сайта и его взаимодействия с пользователями мы используем файлы cookie. Продолжая работу с сайтом, Вы разрешаете использование cookie-файлов. Вы всегда можете отключить файлы cookie в настройках Вашего браузера.
